Пленум верховного суда по подделке официальных документов

Полная информация на тему: "Пленум верховного суда по подделке официальных документов" от профессионалов для людей понятным языком.

Разъяснение по статье 325 УК РФ и статье 327 УК РФ

Уголовный кодекс Российской Федерации содержит ряд статей, предусматривающих уголовную ответственность за незаконные приобретение или сбыт официальных документов, предоставляющих права или освобождающих от обязанностей (ст.324 УК РФ); за похищение, уничтожение, повреждение или сокрытие официальных документов, совершённые из корыстной или иной личной заинтересованности, а также похищение паспорта или другого важного личного документа (ст.325 УК РФ); за подделку, изготовление или сбыт поддельных официальных документов, использование заведомо подложного документа (ст.327 УК РФ).

Общим для всех указанных выше составов преступлений является то обстоятельство, что документы, являющиеся предметом этих преступлений, должны в обязательном порядке предоставлять права либо освобождать от обязанностей.

Судебная практика свидетельствует о том, что наиболее часто данные преступления совершаются в целях избежания ответственности за совершённый прогул (подделка и предоставление подложного листка нетрудоспособности), для устройства на работу при отсутствии соответствующего образования и профессиональных навыков (предоставление поддельных дипломов и аттестатов) и т.д. Не редко совершение указанных преступлений является предпосылкой для совершения более опасных преступлений, в первую очередь таких, как мошенничество.

Лица, непосредственно подделывающие, изготовляющие или сбывающие поддельные официальные документы подлежат привлечению к уголовной ответственности вне зависимости от того, воспользовались ли этими документами их приобретатели. Важен сам факт изготовления документа при отсутствии для этого законных оснований (например, постановка печатей и штампов на не заполненные бланки), внесение в документы сведений, не соответствующих действительности, а равно их сбыт (продажу, передачу и т.п.) иным лицам. В отличие от них приобретатели подложных документов несут ответственность только в случае их использования (ст.327 ч.3 УК РФ). Под «использованием» понимаются действия лиц по извлечению пользы, выгоды, эффекта или других полезных свойств документа путём его предъявления, представления (демонстрации), предоставления и т.п.

Очевидно, что в ряде случаев лица, намеревающиеся в дальнейшем использовать подложные документы, хотя лично и не принимают участие в подделке, однако без их содействия совершение данного преступления было бы невозможным. Так, для изготовления поддельного больничного листа необходимо располагать анкетными данными и сроком предполагаемой болезни, и эти сведения сообщает именно то лицо, которое в дальнейшем поддельный документ использует. Верховный Суд Российской Федерации считает правильным такие действия квалифицировать как пособничество в подделке официальных документов. Ответственность в этом случае наступает по ст.33 ч.5, 327 ч.1 УК РФ (санкция: ограничение свободы на срок до двух лет, либо принудительные работы на срок до двух лет, либо арест на срок до шести месяцев, либо лишение свободы на срок до двух лет) и является более строгой, чем за использование заведомо подложного документа (санкция ст.327 ч.3 УК РФ — штраф в размере до восьмидесяти тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до шести месяцев, либо обязательные работы на срок до четырехсот восьмидесяти часов, либо исправительные работы на срок до двух лет, либо арест на срок до шести месяцев).

Более строгая ответственность предусмотрена и за подделку или сбыт подложенного документа с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение (санкция ст.327 ч.2 УК РФ — принудительные работы на срок до четырех лет либо лишение свободы на тот же срок).

В тех случаях, когда поддельный документ изготавливается тем же лицом, которое в дальнейшем совершает другое преступление, уголовная ответственность наступает за каждое преступление.

Так, в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 27.12.2007 № 51 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате» разъяснено:

Специальной нормой уголовного закона предусмотрена ответственность за внесение в официальные документы заведомо ложных сведений, а равно внесение в указанные документы исправлений, искажающих их действительное содержание, совершённое должностным лицом либо государственным служащим или служащим органа местного самоуправления, не являющимся должностным лицом. Такие действия образуют состав преступления, предусмотренного ст.292 УК РФ – служебный подлог.

Пленум верховного суда по подделке официальных документов

Программа, разработана совместно с ЗАО «Сбербанк-АСТ». Слушателям, успешно освоившим программу, выдаются удостоверения установленного образца.

Об актуальных изменениях в КС узнаете, став участником программы, разработанной совместно с ЗАО «Сбербанк-АСТ». Слушателям, успешно освоившим программу выдаются удостоверения установленного образца.

Обзор документа

Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 28 апреля 1994 г. N 2 «О судебной практике по делам об изготовлении или сбыте поддельных денег или ценных бумаг» (с изменениями и дополнениями)

Информация об изменениях:

Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 17 апреля 2001 г. N 1 настоящее постановление изложено в новой редакции

См. текст постановления в предыдущей редакции

Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 28 апреля 1994 г. N 2
«О судебной практике по делам об изготовлении или сбыте поддельных денег или ценных бумаг»

С изменениями и дополнениями от:

17 апреля 2001 г., 6 февраля 2007 г.

В связи с вопросами, возникающими у судов при применении законодательства, предусматривающего ответственность за изготовление или сбыт поддельных денег или ценных бумаг, Пленум Верховного Суда Российской Федерации постановляет:

1. Обратить внимание судов на то, что изготовление в целях сбыта или сбыт поддельных денег или ценных бумаг приобретает повышенную общественную опасность в условиях становления рыночной экономики, подрывая устойчивость отечественной валюты и затрудняя регулирование денежного обращения.

2. Изготовление с целью сбыта или сбыт поддельных денег, государственных ценных бумаг или других ценных бумаг в валюте Российской Федерации либо иностранной валюты или ценных бумаг в иностранной валюте могут совершаться только с прямым умыслом; отсутствие при изготовлении цели сбыта исключает уголовную ответственность.

3. Состав преступления образует как частичная подделка денежных купюр или ценных бумаг (переделка номинала подлинного денежного знака, подделка номера, серии облигации и других реквизитов денег и ценных бумаг), так и изготовление полностью поддельных денег и ценных бумаг.

При решении вопроса о наличии либо отсутствии в действиях лица состава преступления, предусмотренного ст. 186 УК РФ, необходимо установить, являются ли денежные купюры, монеты или ценные бумаги поддельными и имеют ли они существенное сходство по форме, размеру, цвету и другим основным реквизитам с находящимися в обращении подлинными денежными знаками или ценными бумагами.

Читайте так же:  Образец претензии о возмещении ущерба причиненного имуществу

В тех случаях, когда явное несоответствие фальшивой купюры подлинной, исключающее ее участие в денежном обращении, а также иные обстоятельства дела свидетельствуют о направленности умысла виновного на грубый обман ограниченного числа лиц, такие действия могут быть квалифицированы как мошенничество .

4. Изготовление фальшивых денежных знаков или ценных бумаг является оконченным преступлением, если с целью последующего сбыта изготовлен хотя бы один денежный знак или ценная бумага, независимо от того, удалось ли осуществить сбыт подделки.

5. Сбыт поддельных денег или ценных бумаг состоит в использовании их в качестве средства платежа при оплате товаров и услуг, размене, дарении, даче взаймы, продаже и т.п. Приобретение заведомо поддельных денег или ценных бумаг в целях их последующего сбыта в качестве подлинных следует квалифицировать по ст. ст. 30 и 186 УК РФ.

Уголовной ответственности за сбыт поддельных денег, ценных бумаг и иностранной валюты подлежат не только лица, занимающиеся их изготовлением или сбытом, но и лица, в силу стечения обстоятельств ставшие обладателями поддельных денег или ценных бумаг, сознающие это, и тем не менее использующие их как подлинные.

6. Изготовление с целью сбыта и сбыт денежных знаков и ценных бумаг, изъятых из обращения (монеты старой чеканки, советские деньги, отмененные денежными реформами и т.п.) и имеющих лишь коллекционную ценность, не образуют состава преступления, предусмотренного ст.186 УК РФ, и должны, при наличии к тому оснований, квалифицироваться как мошенничество .

Информация об изменениях:

Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 6 февраля 2007 г. N 7 в пункт 7 настоящего постановления внесены изменения

См. текст пункта в предыдущей редакции

7. Незаконное приобретение лицом чужого имущества в результате совершенных им операций с фальшивыми деньгами или ценными бумагами охватывается составом ст. 186 УК РФ и дополнительной квалификации по соответствующим статьям, предусматривающим ответственность за хищение, не требует.

8. Поскольку билет денежно-вещевой лотереи ценной бумагой не является, его подделка с целью сбыта или незаконного получения выигрыша квалифицируется как приготовление к мошенничеству . В случае сбыта фальшивого лотерейного билета либо получения по нему выигрыша содеянное виновным следует квалифицировать как мошенничество.

Председатель Верховного Суда
Российской Федерации

Секретарь Пленума,
судья Верховного Суда
Российской Федерации

Квалификация мошенничества при получении выплат, сопряженного с подделкой документов и их использованием (Митрофанов Т.И.)

Дата размещения статьи: 25.04.2016

Факт изготовления поддельного официального документа в целях хищения социальных выплат образует приготовление к мошенничеству, предусмотренному ст. 159.2 УК РФ. Вместе с тем в соответствии с ч. 2 ст. 30 УК РФ уголовная ответственность наступает за приготовление только к тяжкому и особо тяжкому преступлению. К таковым относится только деяние, предусмотренное ч. 4 ст. 159.2 УК РФ, санкция которой предусматривает наказание в виде лишения свободы сроком до 10 лет. Приготовление к мошенничеству при получении выплат, предусмотренному ч. 1 — 3 ст. 159 УК, не влечет уголовной ответственности. Несмотря на очевидность и бесспорность данного положения, суды выносят обвинительные приговоры за приготовление к преступлениям средней тяжести. Примером такого решения служит приговор Гурьевского городского суда Кемеровской области, в соответствии с которым гр-ка Н. была признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 30, ч. 3 ст. 159.2 УК РФ и ей было назначено наказание в виде одного года лишения свободы условно с испытательным сроком один год .
———————————
Приговор Гурьевского городского суда Кемеровской области N 1-126/2013 от 22 мая 2013 г. URL: http://sudact.ru/ (дата обращения: 23.12.2014).

Второй вариант квалификации является самым распространенным в научной литературе и сводится к тому, что использование подложного документа охватывается составом мошенничества. В частности, А.И. Бойцов указывает, что «незаконное получение имущества в результате использования мошенником документа, подделанного ранее другим лицом, квалифицируется только по ст. 159 УК, так как предоставление такого документа является разновидностью обмана, т.е. признаком самого мошенничества» . С ним соглашаются Р.А. Сабитов и Е.Ю. Сабитова: «Использование (предъявление, представление) заведомо подложного документа является разновидностью обмана. Поэтому в случаях, когда обман является способом совершения определенного преступления и признаком состава другого преступления (например, мошенничества, причинения имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием, уклонения от уплаты налогов и сборов), использование подложного документа не требует дополнительной квалификации по ч. 3 ст. 327 УК» . Основной аргумент в пользу такого варианта квалификации один: использование подложного документа выступает способом мошенничества.
———————————
Бойцов А.И. Указ. соч. С. 387.
Сабитов Р.А., Сабитова Е.Ю. Указ. соч. С. 161.

Семь дел, где применили постановление Пленума ВС о мошенничестве

Оплата чужой картой – вопросы квалификации

Пластиковые карты распространяются все шире. Преступлений в этой сфере тоже становится больше. По какой статье их правильно квалифицировать, разъясняет Пленум Верховного суда в Постановлении № 48 от 30 ноября 2017 года «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате». Например, если человек использовал чужую карту в банке, магазине, другой организации, это «мошенничество с использованием электронных средств платежа» – при условии, что он говорил сотрудникам, что это его собственная карта, или просто молчал. Самый «простой» состав такого мошенничества предусмотрен ч. 1 ст. 159.3 УК и предусматривает в том числе лишение свободы до трех лет.

Действия Дениса Килина суд сначала квалифицировал как кражу. Килин подобрал на тротуаре чужую карточку и отправился по магазинам. Вводить пин-код не требовалось, так что в итоге он успел потратить порядка 20 000 руб. За это первая инстанция приговорила подсудимого к 1,5 годам лишения свободы по п. «г» ч. 3 ст. 158 УК («Кража с банковского счета, а равно в отношении электронных денежных средств»). Максимальное наказание по этому составу – шесть лет лишения свободы.

С решением районного суда оказался не согласен Верховный суд Удмуртии. Он напомнил о содержании п. 7 Постановления Пленума № 48. Согласно ему, использование чужой карты надо квалифицировать как мошенничество, если человек говорил сотрудникам магазина, что это его карта, или молчал, что она чужая. Но первая инстанция не разобралась, как Килин расплачивался чужой картой, участвовали ли в этом продавцы и каким образом. Нужно было установить эти факты и определить, было ли это тайное изъятие или мошенничество, указывается в апелляционном определении № 22-528/2019. С такими указаниями апелляция отправила дело на новое рассмотрение.

Похожую ошибку в другом деле исправил Калининградский областной суд. Там Сергей Кипайкин оплатил покупки и онлайн-игру чужой картой на 15 000 руб. Апелляция указала, что таким образом осужденный создал у продавцов впечатление, будто использует ее правомерно. Фактически он обманул их, что имеет право расплачиваться картой. Поэтому областной суд переквалифицировал действия Кипайкина с кражи на мошенничество с использованием платежных карт. В итоге тот получил 1 год и 8 месяцев лишения свободы (дело № 22-1703/2018).

Читайте так же:  Сбербанк страхование гражданской ответственности квартира

Где будут судить за мошенничество с картами

В п. 5 постановления Пленума говорится о мошенничестве с безналичными денежными средствами. Преступление считается оконченным тогда, когда деньги были списаны со счета, а их владелец потерпел ущерб. Суды используют это разъяснение, когда определяют место совершения преступления и территориальную подсудность. Такой вопрос возник в деле В. Добровольского, который, по мнению следствия, похитил деньги с банковского счета УМВД России по Новгородской области. Дело поступило в Новгородский районный суд.

Но сторона защиты ходатайствовала о том, чтобы перенести рассмотрение дела в Дорогомиловский райсуд Москвы. Адвокат указывал, что Добровольский действовал на территории Москвы и там же организовал дальнейшее движение полученных средств. Кроме того, большинство свидетелей находятся в Москве, обращала внимание защита. Первая инстанция согласилась перенести рассмотрение дела в столицу, но апелляция оказалась другого мнения.

Как напомнил Новгородский областной суд, особенность хищения «безнала» в том, что оно считается оконченным уже в момент изъятия денег. Это значит, что местом совершения мошенничества надо считать место нахождения банковского счета. В случае Добровольского – это Великий Новгород. И нет разницы, где совершены предшествующие действия и где лицо распорядилось деньгами, указала апелляция в Постановлении № 1-206-22-400/2019.

Онлайн-переводы и компьютерные вмешательства

Похитить чужие средства можно и без карты, например, с помощью чужого «мобильного банка» или системы интернет-платежей, обманув владельца. Это кража, но если при этом виновный незаконно не влиял на программное обеспечение серверов, компьютеров или сами сети. Это разъясняет п. 21 Постановления № 48.

Эти разъяснения не учел суд первой инстанции, который квалифицировал действия А. Ербягина п. «г» ч. 3 ст. 158 УК («Кража с банковского счета, а равно в отношении электронных денежных средств»). Ербягин использовал «мобильный банк», чтобы переводить себе деньги с чужого счета. Сколько именно, из судебных актов вымарано, указано только, что «ущерб значительный». По п. «г» ч. 3 ст. 158 УК Ербягин получил два года лишения свободы. Но Красноярский краевой суд счел наказание слишком суровым и объяснил это в определении № 22-993/2019.

Апелляция решила, что осужденный совершил «простую» кражу в крупном размере, п. «в» ч. 2 ст. 158 УК. По ней санкции заметно меньше, чем по п. «г» ч. 3 этой же статьи. Дело в том, что Ербягин пользовался «мобильным банком», но не вмешивался в работу программ, серверов и информационно-телекоммуникационных сетей. Краевой суд убрал этот квалифицирующий признак из приговора и с учетом других смягчающих обстоятельств назначил подсудимому год исправительных работ с удержанием 10% зарплаты.

Видео (кликните для воспроизведения).

Компьютерное вмешательство имело место в другом уголовном деле, где судили продавца салона связи «Мегафон» Петра Зволя. С помощью переоформления счетов абонентов он вывел порядка 500 000 руб., принадлежавших «Мегафону». Махинации он проводил в компьютерной базе лицевых счетов. Поэтому районный суд определил преступление как «мошенничество в сфере компьютерной информации» (ч. 1 ст. 159.6 УК). При этом первая инстанция отказалась дополнительно квалифицировать действия Зволя по ч. 3 ст. 272 УК («Неправомерный доступ к компьютерной информации с использованием служебного положения»). Районный суд объяснил свое решение тем, что Зволь использовал доступ к базе данных для реализации преступного намерения завладеть деньгами «Мегафона». То есть эти действия и так входили в состав мошенничества.

Первую инстанцию поправил Самарский областной суд со ссылкой на п. 20 Постановления Пленума № 48. Там содержатся правила квалификации мошеннических действий, которые сопряжены с «неправомерным доступом к компьютерной информации или использованием вредоносных компьютерных программ». Это не только ст. 159 УК «Мошенничество», но и одна из трех специальных статей в зависимости от обстоятельств преступления: ст. 272 («Неправомерный доступ к служебной информации»), 273 («Создание, использование и распространение вредоносных компьютерных программ») или 274 УК («Нарушение правил эксплуатации средств хранения, обработки или передачи компьютерной информации и информационно-телекоммуникационных сетей»). Апелляция сочла, что здесь требуется дополнительная квалификация. Все-таки продавец «Мегафона» неправомерно занимался модификацией охраняемой законом информации, за что предусмотрена ответственность ст. 272 УК, говорится в определении № 22-6541. В итоге дело направилось на пересмотр.

Хищение с подделкой: как квалифицировать

Если мошенник использовал подделки официальных документов, то преступление надо дополнительно квалифицировать по ч. 1 ст. 327 УК, указывается в п. 7 постановления Пленума. По этому пункту наказание за «подделку официального документа, который предоставляет права или освобождает от обязанностей», предусматривает, в частности, принудительные работы или лишение свободы на срок до двух лет. Это в два раза меньше, чем санкция по ч. 2 этой статьи за «те же деяния, совершенные с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение».

Первая инстанция не учла разъяснения ВС, когда оценивала действия Гуляйлы Омахановой в одном из уголовных дел. Директора ООО «Центр моды и дизайна» осудили за махинации при выкупе муниципального помещения у Махачкалы. С помощью поддельных документов директор хотела «сбить» цену на 1 млн руб. Она предъявила отчеты, которые подтверждали ремонт на эту сумму, хотя на самом деле никаких работ не проводилось, а подписи на бумагах оказались подделаны.

За это Омаханова получила 3,5 года условно (по совокупности за покушение на мошенничество в особо крупном размере (ч. 4 ст. 159 УК) и «подделку с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение» (ч. 2 ст. 327 УК). Верховный суд Республики Дагестан в целом поддержал приговор районного суда, но поменял квалификацию подделки на ч. 1 ст. 327 УК в соответствии с указаниями Пленума Верховного суда РФ. Это отразилось на итоге дела. Поскольку «дополнительное» преступление небольшой тяжести, то по нему уже успел закончиться двухлетний срок привлечения к ответственности. Поэтому ВС Дагестана освободил Омаханову от ответственности. В апелляционном определении № 22-572 остались только 3 года условно за покушение на мошенничество.

Должностное преступление без должности

Чем отличается мошенничество с использованием служебных полномочий, разъясняет п. 29 Постановления Пленума № 51. В частности, его может совершить лицо, которое использует во вред свои «служебные полномочия, включающие организационно-распорядительные или административно-хозяйственные функции».

Для правильной квалификации преступления их необходимо четко определить, напомнил Оренбургский облсуд в уголовном деле Игоря Перепелкина. По итогам такого пересмотра подсудимому удалось добиться смягчения наказания.

Районный суд приговорил его к 2,5 годам в колонии общего режима и штрафам в общей сумме на 750 000 руб. Перепелкина признали виновным в уклонении от уплаты налогов (ч. 1 ст. 199 УК) и покушении на мошенничество в особо крупном размере с использованием своего служебного положения (ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК). Как установило следствие, фактический руководитель ООО оформлял фиктивные поставки и пытался возместить из бюджета более 3 млн руб. НДС. Первая инстанция решила, что Перепелкин совершил мошенничество с использованием служебного положения, потому что он распорядился учредить эту фирму и фактически управлял ею (бизнес был оформлен на родственницу лишь номинально).

Читайте так же:  Срок направления постановления о возбуждении исполнительного производства

Иного мнения оказался Оренбургский областной суд. Он применил более формальный подход. По документам осужденный в компании никто и никаких полномочий не имеет. «Суд не указал в приговоре, какими служебными полномочиями был наделен Перепелкин и какие он использовал при совершении преступления», – излагается в определении № 22-680/2019. Придя к таким выводам, апелляция уменьшила штраф на 250 000 руб.

Ст. 327 УК РФ. Подделка, изготовление или сбыт поддельных документов, государственных наград, штампов, печатей, бланков

1. Подделка удостоверения или иного официального документа, предоставляющего права или освобождающего от обязанностей, в целях его использования либо сбыт такого документа, а равно изготовление в тех же целях или сбыт поддельных государственных наград Российской Федерации, РСФСР, СССР, штампов, печатей, бланков —

наказываются ограничением свободы на срок до двух лет, либо принудительными работами на срок до двух лет, либо арестом на срок до шести месяцев, либо лишением свободы на срок до двух лет.

2. Те же деяния, совершенные с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение, —

наказываются принудительными работами на срок до четырех лет либо лишением свободы на тот же срок.

3. Использование заведомо подложного документа —

наказывается штрафом в размере до восьмидесяти тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до шести месяцев, либо обязательными работами на срок до четырехсот восьмидесяти часов, либо исправительными работами на срок до двух лет, либо арестом на срок до шести месяцев.

Статья 324 УК РФ. Приобретение или сбыт официальных документов и государственных наград

Незаконные приобретение или сбыт официальных документов, предоставляющих права или освобождающих от обязанностей, а также государственных наград Российской Федерации, РСФСР, СССР —

наказываются штрафом в размере до восьмидесяти тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до шести месяцев, либо исправительными работами на срок до одного года, либо арестом на срок до трех месяцев.

Комментарии к ст. 324 УК РФ

1. Непосредственным объектом преступления признаются общественные отношения, установленные для обращения с официальными документами и государственными наградами.

2. Предметом преступления являются официальные документы и государственные награды.

[3]

Документ — это зафиксированная на материальном носителе информация, которая имеет юридическое значение, и реквизиты, позволяющие ее идентифицировать, предназначена для хранения, использования и передачи во времени и в пространстве. Официальный документ — зафиксированная на материальном носителе информация, исходящая от государственных органов, органов местного самоуправления и уполномоченных этими органами организаций, обладающая установленными реквизитами, имеющая юридическое значение и публично-правовой характер.

Предметом преступления признаются не любые официальные документы, а только те из них, которые удостоверяют факты, имеющие юридическое значение, предоставляют права или освобождают от обязанностей. Необходимо признать официальными документы, принадлежащие конкретным физическим лицам и удостоверяющие факты, касающиеся только этих лиц, но они должны быть выданы органами власти или уполномоченными этими органами организациями. Предметом преступления не являются документы частного (личного) характера (доверенность, расписка, договор), засвидетельствованные в нотариальном порядке, поскольку они исходят от частных лиц. Нельзя признать официальными коммерческие документы (товарно-транспортные накладные, платежные поручения, договоры, чеки магазинов и пр.), а также железнодорожные и авиабилеты, предоставляющие право на проезд. Использование подобных документов причиняет вред экономическим отношениям, а не порядку государственного или муниципального управления. Поэтому такие действия могут быть квалифицированы по ст. ст. 159 или 165 УК.

Государственные награды — это форма поощрения за заслуги в науке, культуре, экономике, на службе и т.д. Предметом преступления являются государственные награды РФ, РСФСР, СССР — ордена, медали, почетные звания, почетные грамоты, которыми награждаются физические и юридические лица от имени государства.

Предметом преступления признаются только подлинные официальные документы и государственные награды. Изготовление или сбыт поддельных документов и наград квалифицируются по ст. 327 УК.

3. Объективная сторона выражается в незаконном приобретении или сбыте официальных документов, предоставляющих права или освобождающих от обязанностей, а также государственных наград РФ, РСФСР, СССР. Приобретение документа или награды — это незаконное завладение ими, получение их любым путем. Приобретение может быть возмездным или безвозмездным. Способы приобретения (обман, купля, обмен, получение в дар, в уплату долга или в качестве средства взаиморасчета за оказанную услугу, проделанную работу) значения не имеют.

Сбыт документов или наград — возмездная или безвозмездная передача их (отчуждение) другим лицам, например путем продажи, обмена, дарения, в счет возмещения причиненных убытков, в уплату долга. Приобретение официальных документов путем хищения квалифицируется по ст. 325 УК.

Приобретение или сбыт официальных документов являются незаконными, если эти действия совершаются лицами, которые не обладают правом на владение данными документами или их отчуждение. Приобретение или сбыт государственных наград всегда незаконны, поскольку эти награды принадлежат конкретному лицу, названному в удостоверении к награде.

Состав преступления формальный, преступление окончено в момент сбыта или приобретения официального документа или государственной награды.

4. Субъективная сторона выражается в прямом умысле.

5. Субъект преступления — лицо, достигшее возраста 16 лет.

Верховный суд разъяснил особенности применения статьи 327 УК РФ

Верховный суд РФ рассмотрел дело, в рамках которого жительница Башкирии обвинялась в подделке банковского договора (статья 327 УК РФ). Ранее суд признал ее виновной в подделала депозитного договора. Выяснилось, что в «правильном» договоре она расписалась за свою мать, после чего зачисляла по нему деньги на счет и снимала их оттуда.

[2]

Судебная коллегия Верховного суда Башкортостана подтвердила приговор по статье за подделку документов, без изменения оставил его и президиум Верховного суда республики. Женщина в надзорной жалобе в высшую судебную инстанцию страны оспорила свое осуждение.Соглашаясь, что доверенность, как того требует Гражданский кодекс, не оформлялась, она оспаривала факт подделки официальных документов.

По мнению Верховного суда, ставшего на сторону жительницы Башкирии, предметом преступления в 327-й статье УК являются лишь официальные документы, которые выдаются государственными, общественными или коммерческими организациями. Такие документы обязаны либо предоставлять человеку какие-либо права, либо освобождать его от каких-нибудь обязанностей. В случае же когда подделан документ, не дающий человеку дополнительных прав и ни от чего не освобождающий, состав преступления отсутствует. Договор депозитного вклада, который женщина заключила с банком в пользу своей матери, по мнению Верховного суда, не относится к числу официальных документов, о которых говорит уголовная статья. Верховный суд, отменил судебные решения в отношении осужденной и признал за ней право на реабилитацию.

Читайте так же:  Уточнение исковых требований в гражданском процессе образец

Квалификация преступления, предусмотренного ст. 327 УК РФ, по признакам субъективной стороны (Лукьянова А.А.)

Дата размещения статьи: 21.06.2015

Как отмечает Б.И. Пинхасов, субъект преступления должен осознавать, во-первых, сам факт того, что подделка документов повлечет изменение его правового статуса (либо правового статуса других лиц), и, во-вторых, умыслом виновного должно охватываться осознание того объема прав, который он или другие лица смогут приобрести с помощью поддельного документа, а также того объема обязанностей, от которого они смогут освободиться . Уголовно-правовой оценке подлежат исключительно те права и обязанности, которые охватывались умыслом виновного, в то время как возможное приобретение права или освобождение от какой-либо обязанности в будущем находятся за рамками состава и не могут учитываться при характеристике общественной опасности содеянного .
———————————
Пинхасов Б.И. Указ. соч. С. 62.
Там же.

Неоднозначным является вопрос о том, подлежит ли уголовной ответственности по ст. 327 УК РФ лицо, подделывающее документ в целях его использования для реализации своего правомерного, по его собственному убеждению, права. Наиболее распространенной является та точка зрения, что использование противоправных средств (т.е. поддельных документов) для реализации пусть и правомерного права является общественно опасным ввиду причинения вреда нормальной деятельности государственного аппарата . То же правило применяется и к ситуации, когда лицо убеждено в принадлежности ему какого-либо права вследствие заблуждения или неправильного истолкования имеющих значение обстоятельств.
———————————
Пинхасов Б. Уголовная ответственность за подделку удостоверений и иных документов // Советская юстиция. 1973. N 9. С. 26.

Умысел виновного может ограничиваться желанием использовать документ для приобретения права или освобождения от обязанности, поэтому осознание субъектом причинения вреда официальному документообороту и, следовательно, порядку управления не входит в содержание волевого элемента прямого умысла .
———————————
Букалерова Л.А. Уголовно-правовая охрана официального информационного оборота / Под ред. В.С. Комиссарова, Н.И. Пикурова. М., 2006. С. 248 — 249.

Отмечая важность мотива в формировании цели совершения преступления, некоторые ученые настаивают на необходимости обязательного установления (помимо собственно цели) мотива совершения рассматриваемого преступления. Так, В.С. Постников акцентирует внимание на важности исследования тех мотивов, которые легли в основу формирования преступной цели использования поддельного документа. К ним автор относит, в частности, корыстные мотивы; мотивы, связанные с изменением служебного или общественного положения; направленные на совершение иного правонарушения и т.п. .
———————————
Постников В.С. Указ. соч. С. 137 — 138.

Некоторые авторы мотивы, положенные в основу возникновения цели преступления, ошибочно отождествляют непосредственно с целью, которая рассматривается законодателем в качестве конститутивного признака анализируемого нами состава преступления. Так, А.В. Кузнецов отмечает, что в качестве «цели подлога» могут выступать, в частности, желание освободиться от налога, получение или сохранение права на занятие определенной должности . Не отрицая значения мотива в качестве своеобразного фундамента, необходимого для зарождения и последующего формирования цели, отметим, что ввиду отсутствия непосредственного легального закрепления мотива в качестве обязательного признака, его установление является обязательным только исходя из требований уголовно-процессуального закона (п. 2 ч. 1 ст. 73 УПК РФ), для квалификации же по ст. 327 УК РФ он безразличен.
———————————
Кузнецов А.В. Ответственность за подлог документов по уголовному праву. М., 1959. С. 56.

Необходимость установления исключительно умышленного характера действий лица, осуществляющего подделку документов, является следствием подхода, в соответствии с которым подлог документов представляет собой преступление, совершаемое посредством обмана. Следовательно, как отмечает А.В. Кузнецов, виновный, совершая обман, пытается (и это полностью охватывается его сознанием) ввести в заблуждение кого-либо относительно определенных, имеющих юридическое значение фактов или событий . Точка зрения о том, что подлог документов представляет собой одну из разновидностей преступного обмана, поддерживается абсолютным большинством ученых, в то или иное время занимавшихся данной проблемой.
———————————
Кузнецов А.В. Указ. соч. С. 11 — 12.

В то же время необходимо согласиться с Ю.В. Щиголевым, подчеркивающим, что нельзя считать свершившимся обманом исключительно внесение изменений в документ либо создание полностью ложного документа. Действительным уголовно наказуемым обманом следует считать не собственно подлог, а непосредственно использование поддельного документа, введение его в обращение . Именно в связи с признанием данного обстоятельства в уголовно-правовой литературе возникло разделение подлога на подлог в узком смысле, включающий в себя исключительно создание нового документа или же внесение изменений в существующий, и подлог в широком смысле, чье понятие охватывает не только собственно подделку, но и последующее использование документа. Г.Н. Борзенков подчеркивал, что «непосредственным способом достижения преступной цели является последующее использование подложного документа» .
———————————
Щиголев Ю. Понятие и основные элементы подлога документов // Правоведение. 1998. N 1. С. 118.
Борзенков Г.Н. Ответственность за мошенничество (вопросы квалификации). М., 1971. С. 163.

[1]

Таким образом, цель использования документа является неотъемлемым свойством подлога документов, так как квалификация преступления определяется постановкой цели, а не ее реализацией . Более того, именно наличие специальной цели и предопределяет возможность совершения рассматриваемого преступления исключительно с прямым умыслом, так как виновный не только предвидит общественно опасный характер последствий своих действий, но и желает их наступления .
———————————
Рарог А.И. Субъективная сторона и квалификация преступлений. М., 2001. С. 71.
Кузнецов А.В. Указ. соч. С. 15.

Данного подхода придерживается и судебная практика. Так, Президиум Верховного Суда РФ, признав отсутствие в действиях Д. состава преступления, подчеркнул, что само по себе выполнение в документе подписи от имени другого лица без последующего использования подделанного документа для получения прав или освобождения от обязанностей не может влечь за собой уголовную ответственность .
———————————
Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 24 сентября 2008 г. N 213-П08. Здесь и далее, если не указаны данные об опубликовании документа в Интернете, ссылка сделана на решения высшего судебного органа, размещенные в СПС «КонсультантПлюс».

Если лицо подделало документ не с целью его использования, а, к примеру, в целях продемонстрировать свое мастерство по видоизменению документа либо ради шутки, то уголовной ответственности данное лицо не подлежит. Еще А.А. Жижиленко отмечал, что «. лишь при наличности цели деятельности может быть речь о подлоге», и данная цель заключается как раз в «намерении употребить подделываемый или переделываемый документ под видом настоящего» . Таким образом, в рассматриваемом нами составе преступления указание на цель позволяет отграничить преступное поведение от непреступного. Московский областной суд в кассационном определении по делу К. обоснованно указал, что наличие цели дальнейшего использования подделываемого официального документа является обязательным признаком преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 327 УК РФ .
———————————
Жижиленко А.А. Подлог документов. Историко-догматическое исследование. СПб., 1900. С. 16.
Кассационное определение Московского областного суда от 1 ноября 2012 г. N 22-7851.

Читайте так же:  Привлечение директора к уголовной ответственности за долги

При этом необходимо иметь в виду, что последующее использование подделанного документа находится за рамками состава. Для квалификации по ч. 1 ст. 327 УК РФ необходимо установить лишь наличие цели использования документа как конститутивного признака субъективной стороны подлога документов.
Для квалификации не имеет значения, преследовало лицо цель использовать документ самостоятельно или же предполагалось, что документ будет использоваться другим лицом — УК РФ не содержит указания на данное обстоятельство, однако оно было специально закреплено в ст. 196 УК РСФСР 1960 г. Данного подхода придерживается и судебная практика: так, в одном из решений суд квалифицировал по ч. 1 ст. 327 УК РФ действия лица, совершившего подделку листка временной нетрудоспособности в целях его использования другим лицом для освобождения последнего от работы .
———————————
Приговор Бабаюртовского районного суда от 11 сентября 2012 г. URL: http://sudact.ru/regular/doc/C7ipJgJQ98bZ (дата обращения: 04.09.2014).

Следует отметить, что термином «использование» соответствующие действия обозначены в диспозиции ст. 327 УК РФ в нескольких случаях. В ч. ч. 1 и 2 ст. 327 УК РФ он выступает в качестве необходимого признака субъективной стороны, являясь обязательной целью преступления, в части же третьей статьи закреплен самостоятельный состав преступления — использование заведомо подложного документа. В связи с этим А.В. Кузнецов рассматривает собственно подделку как начало осуществления преступного замысла, а его продолжением является именно использование заведомо ложного документа . По мнению большинства авторов, квалификации по данной норме подлежат действия не самого лица, подделавшего документ, а лица, не имеющего отношения к подделке, но использующего подложный документ для получения какого-либо права или освобождения от обязанности.
———————————
Кузнецов А.В. Некоторые спорные вопросы квалификации преступлений, связанных с подлогом документов // Ученые записки ВИЮН. М., 1958. Вып. 7. С. 219.

Вместе с тем действия лица, подделавшего документ с целью его дальнейшего использования и впоследствии его использовавшего, полностью охватываются ч. 1 ст. 327 УК РФ и не требуют дополнительной квалификации по ч. 3 ст. 327 УК РФ — такова позиция высшего судебного органа .
———————————
См.: Надзорное определение Верховного Суда РФ от 25 мая 2006 г. N 46-Д06-16; Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 13 июня 2007 г. N 655п06; Надзорное определение Верховного Суда РФ от 26 августа 2008 г. N 5-Д08-45.

В соответствии со сложившимся в уголовно-правовой науке подходом использование подложного документа представляет собой его предъявление или предоставление в организации или учреждение, или соответствующему физическому лицу, уполномоченному государством . В то же время в уголовно-правовой литературе можно встретить и достаточно радикальную позицию, в соответствии с которой утверждается, что уголовной ответственности подлежат не только лица, непосредственно вводящие документ в обращение, но и лица, лишь ознакомившиеся с содержанием такого документа и уяснившие для себя факт его подложности . Однако авторы, не разделяющую данную точку зрения, справедливо замечают, что ознакомление с содержанием документа является лишь обнаружением самого факта подлога, которое не может влечь за собой уголовную ответственность .
———————————
Щербаков А.В. Преступления против порядка управления: Научно-практический комментарий к главе 32 УК РФ. М., 2011. С. 132.
См.: Сергеева Т.Л. Борьба с подлогами документов по советскому уголовному праву. М., 1949. С. 113.
Кузнецов А.В. Указ. соч. С. 214 — 215.

В основном судебная практика придерживается устоявшегося в науке понимания использования подложного документа. Так, Верховный Суд РФ в одном из кассационных определений отметил, что использование поддельного документа означает его представление лицом в соответствующее учреждение (должностному или иному лицу) в качестве подлинного с целью получения прав или освобождения от обязанностей .
———————————
Кассационное определение Верховного Суда РФ от 15 ноября 2012 г. N 48-О12-100. Правда, в том же решении Верховный Суд РФ чрезмерно, на наш взгляд, сузил данное понятие, ограничившись лишь указанием на представление документа, в то время как предъявление документа также является его использованием.

Часть 2 ст. 327 УК РФ предусматривает квалифицированный состав рассматриваемого преступления, а именно его совершение с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение. В ранее действовавшем уголовном законе данный квалифицирующий признак состава подделки официального документа отсутствовал, впервые он был включен в ст. 327 УК РФ в 2003 г. Общественно опасный характер этих двух выступающих в качестве квалифицирующего признака альтернативных целей — цели скрыть другое преступление или облегчить его совершение — состоит в том, что являющаяся самостоятельным преступлением подделка документов выступает не в качестве итоговой цели преступной деятельности, а выступает лишь в качестве средства для достижения итоговой цели, реализация которой лежит за пределами состава рассматриваемого преступления .
———————————
Гейн А.К. Цель как криминообразующий признак: Дис. . канд. юрид. наук. Екатеринбург, 2010. С. 103.

Вероятно, обстоятельством, способствовавшим закреплению данного признака непосредственно в нормах УК РФ, послужили споры, которые велись в теории относительно того, каким образом необходимо квалифицировать совершение преступлений, связанных с подлогом документов. Большинство авторов настаивало на необходимости квалификации по совокупности преступлений, и лишь отдельные ученые придерживались противоположной позиции. Так, согласно точке зрения Т.Л. Сергеевой, в связи с тем, что в большинстве случаев подделка документов сопутствует более тяжким, чем сам подлог документов, преступлениям, решающую роль при квалификации должен играть тот объект уголовно-правовой охраны, посягательство на который является более общественно опасным, и, соответственно, квалификация по совокупности преступлений не может иметь места .
———————————
Сергеева Т.Л. Указ. соч. С. 123.

Видео (кликните для воспроизведения).

Пристатейный библиографический список

Источники


  1. Неустойка. Судебная практика и образцы документов. — М.: Издание Тихомирова М. Ю., 2018. — 746 c.

  2. Пивовар, А.Г. Большой англо-русский юридический словарь: моногр. / А.Г. Пивовар. — М.: Экзамен, 2016. — 864 c.

  3. Бегичев, А. В. Обеспечение доказательств нотариусами. Теория и практика / А.В. Бегичев. — М.: Логос, 2014. — 396 c.
  4. Зашляпин, Л. А. Основы теории эффективной адвокатской деятельности. Прелиминарный аспект / Л.А. Зашляпин. — М.: Издательство Уральского Университета, 2015. — 568 c.
  5. Дворянкин, О. Защита авторских и смежных прав. Ответственность за их нарушение / О. Дворянкин. — М.: Весь Мир, 2015. — 464 c.
Пленум верховного суда по подделке официальных документов
Оценка 5 проголосовавших: 1

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here